Александр Костров: «В музыке самое главное – это не ноты, а содержание, эмоции»

В гостях у проекта – хормейстер народного коллектива России Академического хора студентов Нижегородского государственного университета им. Н.И.Лобачевского Александр Костров

− Александр, добрый день! Рада приветствовать Вас на своём авторском блоге «Дорогами Души» именно сегодня, в Международный день пения. Вот уже более 45 лет именно с пением связана Ваша жизнь.  

Интервью опубликовано в двух форматах − в аудиозаписи и в текстовой версии

Аудиоверсия интервью 

Текстовая версия интервью

1. Когда и каким образом начался Ваш путь в музыку?

Мой путь в музыку начался в прошлом тысячелетии, когда я был ещё совсем маленьким. Родителям почему-то вздумалось отдать меня в хоровую капеллу мальчиков. Для меня на тот момент это было ужасно: меня, можно сказать, потащили туда. Мне казалось, что родители хотят куда-то меня отдать, потому что я им просто надоел. 

Но оказалось, что это не совсем так (смеётся). После первого занятия меня привезли домой. И с тех пор, где-то лет с пяти, я связан с музыкой.

2. Где Вы получили профессиональное музыкальное образование?

Учился я очень долго. Начал как раз с Горьковской хоровой капеллы мальчиков. Теперь это учебное заведение называется Нижегородский хоровой колледж имени Льва Константиновича Сивухина. Я два года ходил туда в подготовительные классы, потом было восемь лет самой капеллы. После этого − четыре года дирижерско-хорового отделения музыкального училища, затем − пять лет Нижегородской государственной консерватории имени М.И.Глинки тоже по классу хорового дирижирования.

3. Почему Вы выбрали именно эту профессию?

Так получилось, что родители меня туда отдали (улыбается).

4. Кого Вы считаете своими учителями в профессии?

Своими учителями в профессии я могу назвать несколько человек. Во-первых, это Лев Константинович Сивухин, художественный руководитель Горьковской хоровой капеллы мальчиков, в которую меня привели. В детстве мне казалось, что это единственный дирижер, который, в принципе, существует. 

Должен отметить своего профессора в консерватории Эдуарда Борисовича Фертельмейстера, который оказал сильное влияние на мою жизнь и на моё становление как музыканта. Хочу упомянуть Георгия Павловича Муратова. Он не был моим преподавателем по дирижированию, но вёл у меня несколько других предметов. И его понимание музыки, его мышление тоже очень сильно на меня повлияли. 

Ещё хочу назвать Александра Михайловича Скульского, с которым я занимался факультативно симфоническим дирижированием, и Бориса Васильевича Мокеева, который был моим первым учителем по дирижированию ещё в капелле.

5. Я думаю, многие люди, не связанные с музыкой, даже не представляют, в чём заключается работа хормейстера. Чем занимается хормейстер?

Если говорить в широком смысле, то хормейстер – это человек, который работает с хором. Что значит работать с хором? На самом деле, это не просто выйти и продирижировать. Это лишь вершина айсберга. Сначала надо отобрать произведение, которое коллектив собирается исполнять. Нужно самому почувствовать, что это за музыка, и понять, что ты хочешь услышать. Затем это надо разучить с хором. И только потом ты выходишь на сцену. Это в широком смысле. 

А если применить это к моей нынешней должности хормейстера народного хора студентов Нижегородского государственного университета, то можно сказать, что хормейстер − это помощник. 

6. Исходя из Вашего личного опыта, в чем заключается специфика работы с хором в отличие от индивидуальных исполнителей?

Во-первых, если обращаться конкретно к работе с университетским хором, нужно сказать, что это хор непрофессиональный. Конечно, мы стремимся к тому, чтобы наше исполнение было на профессиональном уровне, но всё-таки это коллектив любительский. И первая задача – не отбить желание у любителей музыки любить музыку (смеётся). Поэтому нужно быть увлечённым ей, чтобы эта увлеченность, эта заинтересованность передавалась хористам, и чтобы они тоже с удовольствием откликались на чувства и эмоции, заложенные в том или ином произведении. 

Во-вторых, когда работаешь с коллективом, нужно учитывать психологические моменты. Один сегодня себя чувствует так, другой эдак. У нас коллектив очень большой, около ста человек. На репетиции, если все не приходят, сидит человек семьдесят пять на сцене, и кто-то даже под сценой, потому что в том зале, где мы занимаемся, на сцене все не помещаются. И элементарно удержать дисциплину, внимание – на самом деле, это не очень просто. 

А когда работаешь с одним человеком, гораздо проще найти контакт.

7. Вам интереснее работать с опытными или с начинающими исполнителями?

Если говорить откровенно, то, конечно, с опытными исполнителями работать интереснее. С начинающими приходится говорить о каких-то элементарных вещах, а с опытными уже можно говорить о чём-то более интересном. 

В музыке самое главное это не ноты, которые надо учить с начинающими, а содержание, эмоции. С опытными певцами об этом можно говорить, даже с опытными любителями. Может быть, с опытными любителями даже интереснее, чем с профессионалами, в какой-то степени.

8. Чтобы точно и ярко передать суть музыкального произведения, исполнителям нужно понимать его глубинный смысл. А ведь хористы нередко исполняют произведения на иностранном языке (например, на итальянском), которым они могут и не владеть. Каким образом Вы подводите своих подопечных к пониманию языка оригинала?

Студенты, с которыми мы работаем, это очень образованные люди. На итальянском мы не так часто поём. Например, мы поём на английском языке. Так они его знают лучше меня! 

Сейчас особой проблемы с переводом нет, если это не специфический, старинный или очень редкий язык. Да и редкие языки можно перевести, со старинными сложнее. А что касается понимания, то надо самому вникать. Дело ведь не только в языке, а в том, что за этим языком стоит, за смыслом. А смысл даже в русском языке иногда не совсем очевиден, как просто в словах. Поэтому надо стараться вникнуть, это даже интересно. По сути, когда ты берёшь ноты, тебе надо расшифровать именно то, что задумали авторы – как автор текста, так и автор музыки.   

9. Каким образом Вы поддерживаете свою профессиональную форму, как хормейстер?

Как её можно поддерживать? Только практикой. Теоретически можно что-то знать, а вот на практике это может не получиться. И я не буду сильно задирать нос: может, она у меня не очень хорошая, моя форма?  

10. У Вас есть свои любимые композиторы, творчество которых Вам наиболее близко и с произведениями которых Вы предпочитаете работать чаще всего?  

Я выделю одного композитора, Георгия Свиридова. Самое интересное, что отношение к его творчеству у меня со временем изменилось. Когда я был студентом, учился в музыкальном училище, и мне давали дирижировать его произведения, то я думал: «Что это за нудятина такая? Слушать невозможно, тянутся какие-то бесконечные аккорды и это неинтересно». Тогда у меня было такое мнение. 

Чем старше я становлюсь, тем моё мнение всё больше и больше меняется. Сейчас оно совершенно переменилось. Могу сказать, что Свиридов – один из моих любимых композиторов. У него за длинными аккордами (профессионалы поймут, о чём я говорю), которые кажутся бесконечными, скрывается мысль, понимаете? Проявить эту мысль и как-то добавить её в исполнение – это самое интересное. 

И самое удивительное: я вижу, что в нашем хоре студентам-любителям очень нравится его музыка. И они нередко предпочитают каким-то современным композициям музыку Свиридова.

11. Что привлекает Вас больше всего в профессии хормейстера?

Когда произведение уже выучено, когда выходишь на сцену дирижировать тем или иным произведением, происходит своеобразное таинство – вот это самое интересное. Конечно, у хормейстера подобных моментов не так много, как у руководителя хора. Но они всё равно есть. 

Я благодарен нашему руководителю Ларисе Александровне Ерыкаловой за то, что она такую возможность предоставляет. Потому что не все руководители предоставляют своим хормейстерам возможность выйти на сцену, оставляя на их долю, так скажем, черновую работу. У меня есть возможность периодически выходить на сцену с хором на концертах. 

И вот там, конечно, самое интересное, когда у подавляющего большинства наших хористов в глазах заинтересованность, желание сделать общее дело. На репетиции этого невозможно добиться, потому что репетиции у нас вечерние и все уставшие после учёбы, после работы. А на концерте вот эта отдача, эмоциональный заряд – он, конечно, очень дорогого стоит.

12. Что Вы пожелаете проекту «Дорогами Души» и его читателям?     

Проекту «Дорогами Души» я желаю новых интересных открытий и ярких встреч. И развиваться дальше, радовать своих читателей новыми впечатлениями!

− Александр, большое спасибо за такое душевное и вдохновляющее интервью. Поздравляю Вас с Международным днём пения, желаю творческих успехов Вам и Вашим хористам. Думаю, это не последняя наша встреча. 

© Татьяна Трунова, октябрь 2025